Выступление на VIII Ольгинских чтениях

Выступление на VIII Ольгинских чтениях

(23.07.2015, г. Москва)

иерея Димитрий Сергеевича Кузнецова,

клирика больничного Свято-Пантелеимоновского храма

Свято-Ольгинского женского монастыря г. Луганска

 

«Прославление Страстей Христовых

в Свято-Ольгинском женском монастыре

г.Луганска: духовно-исторические аспекты»

 

Ваше Высокопреподобие, преподобие, всечестные отцы,

 дорогие братья и сестры!

 

Мое выступление посвящено истории и духовным предпосылкам создания уникального архитектурного комплекса прославления Страстей Христовых в Луганском женском монастыре в честь святой царственной страстотерпицы великой княжны Ольги. Данный комплекс предназначен всем своим существованием, своими храмами, часовнями, богослужениями в них, каждой ступенькой лестницы, которые принято проходить с молитвой «Слава Страстем Твоим, Господи!», и самим Честным и Животворящим Крестом Господним, венчающим на вершине горы всю эту архитектурную композицию, напоминать каждому об искупительной и спасительной жертве Христа. Ибо «Христос за всех умер, чтобы живущие уже не для себя жили, но для умершего за них и воскресшего» (2 Кор. 5; 15).

Соотношение истории возникновения комплекса и истории края, в котором он воздвигнут, позволят нам приобщиться удивительного и всегда до конца непостижимого промысла Божьего о Церкви Христовой и нашем спасении. Тем самым, сама история комплекса предстанет перед нами, как неотъемлемая составляющая прославления Страстей Христовых.

Итак, самое крупное подворье нашего монастыря, ставшее сегодня духовным и хозяйственным центром обители, расположено в с. Красное Краснодонского р-на Луганской области на реке Луганчик в 35 км. на юго-восток от г. Луганска. Символичен тот факт, что село Красное, основанное еще во второй половине 18 столетия, первоначально носило название «Церковное». Его основателями и первыми поселенцами были запорожские казаки, скрывавшиеся после разгрома Запорожской Сечи от преследований Екатерины I. Однако вскоре земли этой местности заинтересовали дворян и помещиков, которые стали их активно заселять крепостными крестьянами. Так ко второй половине 70-х годов 18 столетия после объединения нескольких хуторов здесь образовалось село Церковное, названное так благодаря его мастерам, участвовавшим в строительстве храмов. В 1890 году[1] по ходатайству и на пожертвования местных жителей, определением Священного Синода Русской Православной церкви, в селе Церковном был возведен кирпичный храм в честь Введения во храм Пресвятой Богородицы. Он был украшен позолоченным куполом и колокольней с одиннадцатью медными колоколами.[2] Вес только двух главных больших колоколов был соответственно 890 и 295 кг. Кроме того, храму были приписаны порядка порядка 50 га. пахотной земли. Активная приходская жизнь села Церковное и близлежащих сел сохранялась вплоть до 30-х годов 20-го столетия. Так, в 1931 году церковная община Свято-Введенского храма насчитывала 1066 чел.[3] И это при том, что уже с первых лет советской власти богоборствующий режим разворачивает активную деятельность по уничтожению прихода и самого храма.

Архивные материалы свидетельствуют о трагической судьбе Свято-Введенского храма в советское время. Он – храм страстотерпец, такой же, как и многие его священнослужители. Но, возможно, именно поэтому Богом и было благословлено здесь воздвигнуть, спустя столетие, масштабный архитектурный комплекс по прославлению Страстей Христовых. И как началом спасения всего человечества было положено введением во храм Пресвятой Богородицы, так и промыслом Божиим было управлено, чтобы история создания монастырского комплекса, увенчанного Крестом Господним и храмом в честь Его Воскресения, брала свое начало с истории Свято-Введенского храма у его подножия.

В июле 1923 года село Церковное переименовывают в более приемлемое для советской власти название: Красное. Накануне, в 1922 году, местными властями, выполняя постановление ВЦИК по изъятию церковных ценностей, без каких-либо объяснений в храме изымаются все золотые, позолоченные и серебряные предметы. Впоследствии изъятия разнообразной церковной утвари повторяются неоднократно, поскольку всё храмовое имущество теперь принадлежит государству. Летом 1933 года Свято-Введенский храм обворовывают. Религиозная община села самостоятельно восстанавливает большую часть украденного, но власти обвиняют её в халатности по охране церкви. Восстановление имущества не признаётся, а от общины требуют финансовую компенсацию, в десятки раз завышая стоимость украденного.[4] Этот случай становится «камнем преткновения» в деле по закрытию храма.

В декабре 1934 года без предъявления общине каких-либо документов с церкви снимаются и вывозятся все колокола. С этого же дня начинают насильственный сбор подписей о закрытии храма и, несмотря на все попытки общины отстоять храм, в апреле 1935 г. церковь в с. Красное закрывают.[5] Здание церкви передают под сельский клуб. Скромное храмовое имущество разделили по акту между шестью организациями: двумя местными артелями, клубом, школой, сельсоветом и сельпо. Из изъятого, так называемого в акте «металлолома» (а это — подсвечники, хоругви, кресты, люстра, кадила), часть была продана депо станции Семейкино с припиской: «для ремонта паровозов».[6] Как тут не вспомнишь слова из псалма царя Давида: «делят ризы мои между собою и об одежде моей бросают жребий» (Пс. 21; 19). Словно Крест Христов уже тогда стоял на краснянской горе и у его подножия разворачивались столь знакомые нам евангельские события.

Клуб в храмовых стенах просуществовал шесть лет. Началась Великая Отечественная война и, в силу известных нам событий, отношение к религии властью было пересмотрено. Православным общинам вновь возвращают храмы.

В 1942 году Свято-Введенский храм открывают. К концу второй мировой войны его община насчитывала 393 человека, а годовой доход храма, выходил на уровень трети годового дохода кафедрального собора г. Луганска.[7] Настоятелем Свято-Введенского храма в 1945 году был назначен священник Диомид Игнатьевич Винник. Ему суждено было стать последним при советской власти настоятелем этого храма.

С 50-х годов 20-го столетия преследование Церкви возобновляется. Священников ограничивают в пастырской деятельности, прихожане и церковные таинства берутся властью на учет, а на местах работы и учебы внедряются методы коллективного осуждения верующих. В результате, церковные общины, со ссылкой на их естественный упадок, снимаются с госрегистрации, а церкви вновь закрываются. В лучшем случае в них размещают склады и хранилища, но часто просто разрушают до самого основания.

Не обошла трагическая участь и Свято-Введенский храм с его настоятелем.

В июле 1955 года священник Диомид Винник принимает мученическую кончину. Его убивают в собственном доме выстрелом в висок за отказ выдать церковные деньги. И хотя свидетельницей убийства стала его послушница Марфа, оглушенная тут же ударом пистолета по голове, но выжившая, убийство о. Диомида не расследовалось. В архивных документах остается только пометка, что священник Диомид Игнатьевич Винник умер[8].

В декабре 1959 г. власти закрывают Свято-Введенский храм, а его здание передают совхозу им. Октябрьской революции под склад. В храме совхоз устраивает зернохранилище, а затем склад химикатов. Богоборческая власть словно пытается выжечь всякую память о Боге и храме Божием в селе Красное. С этой же целью парторг совхоза дает указание разрушить купол и колокольню. Присылают трактористов с тросами и задачей «обезглавить» церковь. По воспоминаниям жителей с.Красное, один из трактористов, встав на колени, перекрестился и сказал: «Господи, прости! Не по своей воле делаю, но по принуждению, я подневольный». И вновь Господь перед глазами всех сошедшихся к подножию краснянской горы, словно у Креста Христова, как бы оживил события страстных Евангелий, когда распятого Спасителя распятые по обе стороны от Него разбойники один злословил, а другой, раскаявшись, молил о спасении. (сравн.:Лк. 23; 33, 39-42)

Ещё одно необычное свидетельство тех дней запомнилось местным жителям. Одному певчему из церковного хора (жителю с. Церковного) в сонном видении было явлено, как Свято-Введенский храм поднялся над землей и воспарил в небеса. После этого певчий ходил по селу и говорил, что душа храма вознеслась от поруганий, а значит, храм возродится… Но это будет нескоро.

Окончание 20-го века ознаменовалось падением богоборческого режима, распадом Советского союза и возрождением православия. Луганской епархии возвращают многострадальный полуразрушенный, прожженный и пропитанный химикатами Свято-Введенский храм с. Красное (Церковное).

Его настоятелем в августе 2001 года благословляется быть протоиерею Андрею Анатольевичу Дубине. К этому времени он уже нес настоятельское служение еще в трех храмах г. Луганска и духовно окормлял созданную им монашескую общину сестер милосердия. Но это не мешает ему начать активное восстановление Свято-Введенского храма с. Красное.

Пропитанные аммиачными удобрениями грунт и штукатурка удаляются. Восстанавливаются разрушенные архитектурные элементы, подкупольная часть, вставляются окна и двери. Божественную Литургию служат с первых же недель, разделив алтарную часть надвое, поскольку находиться в центральной части храма прихожанам было просто невозможно. Одновременно с восстановлением ведется сбор информации о создании и многострадальной истории храма, его прихода и священнослужителей.

26 марта 2004 года, накануне празднования Похвалы Пресвятой Богородицы, был установлен главный купол. Высота сварной конструкции купола составила 10,5 м., а надкупольный крест вознесся над землей на 26-ти метровую высоту.

Восстанавливая церковь, беседуя с жителями села Красное, изучая архивные материалы, соборно вознося молитвы за богослужениями, мы всё глубже проникались страстным прошлым того времени. Также мы узнали, что одним из излюбленных мест для молитвы о. Диамида была всё та же гора над Свято-Веденским храмом – будущая Луганская Голгофа. Во всех событиях явно угадывался промысел Божий и о. Андрей принимает решение воздвигнуть на горе знамение Христовой победы, защиты и силы – Крест Господень с обустройством уникального архитектурного комплекса в честь Страстей Христовых.

Постройку комплекса было решено начать с нового нагорного храма. Правящим архиереем, высокопреосвященнейшим митрополитом Иоанникием, нагорный храм благословляется строить в честь славного и всехвального пророка, предтечи и крестителя Господня Иоанна. Это благословение вначале было воспринято с некоторым удивлением и даже недоумением. Весь комплекс будет посвящен Страстям Христовым, а нагорный храм, почему-то, в честь Иоанна Предтечи?! Но благословение обсуждать у нас не принято и осенью 2007 года фундамент нагорного храма был заложен. Стройку начинали в долг, полностью уповая на помощь Божью. И помощь удивительнейшим образом поступала. Впоследствии, как вспоминает о.Андрей, ни на один храм не было столько пожертвований. В первые же недели нам пожертвовали 15 тыс. шт. шлакоблока. В храме ещё даже не было престола, а именно на него уже пожертвовали позолоченные напрестольный крест и напрестольное Евангелие. Значительно позже, когда уже весь комплекс был практически выстроен, а нагорный храм по благословению нового правящего архиерея готовился к освящению в честь Воскресения Христова, удивительный Божий промысел открылся настоятелю и прихожанам. Креститель и славный пророче Иоанн стал и здесь Предтечей Господним. Именно он предуготовил этот комплекс Спасителю. Вновь всё по Евангелию: было время «возрастать» Иоанну Предтече и все, как бы, шли за ним – жертвовали на его храм, строили в его честь, молились ему о помощи… И когда всё стало практически готово, пришло время ему «умаляться» (сравн.: Ин. 3; 30) – он всё передал Спасителю и к августу 2008 года на краснянской горе воссиял храм Воскресения Христова.

Но славный и всехвальный предтеча Господень Иоанн не покинул наш монастырь. По благословению нового правящего архиерея – высокопреосвященнейшего Митрофана, в келейном корпусе подворья была обустроена домовая церковь в честь собора святого Иоанна Предтечи.

По воздвижении нагорного храма, в 2008 году началось строительство лестницы, закладка фундаментов часовен и основания вершины всего комплекса – 11-метрового Креста Господня. В его подножии установили 5-метровую по длине и полуторометровую по высоте икону панорамного типа Снятия с креста Спасителя. Летом этого же года мы обрели останки убиенного настоятеля Свято-Введенского храма священника Диомида Винника. По благословению правящего архиерея они были подняты из захоронения на сельском кладбище, омыты розовой водой, и перенесены в Свято-Введенский храм. На день памяти иконы Пресвятой Богородицы «Всецарицы» (31 августа 2008 года) останки убиенного священника Диомида Винника были перезахоронены за алтарной частью храма.

В 2009 году заложены фундаменты всех часовен, выстроен первый (нижний) уровень двухуровневого храма в честь Страстей Христовых, объединяющий в себе Великую Среду и Великую Субботу – символический Гроб Господень и выложена нижняя часть лестницы до него.

В 2010 году лестница была полностью закончена и на вершине горы с. Красного перед нагорным храмом воздвигнут и закреплен 11-метровый Крест Христов. При этом, помимо видимой его части, 5,5 метров креста уходят в землю, а под ним заложены многочисленные святыни привезенные из Афона, Соловков, Валаама, Иерусалима, с Горы Синай, Голгофы, частица гроба Пресвятой Богородицы и частицы мощей святых угодников Божиих. 7 ноября этого же года секретарем Луганской епархии протоиереем Василием Сомиком, по благословению правящего архиерея, в сослужении настоятеля Свято-Введенского храма и строителя монастыря протоиерея Андрея Дубины, клириков храма и духовенства епархии, после Божественной Литургии был совершен чин освещения нагорного Креста. Таким образом, 2010 год стал знаменательным в истории обители и, без преувеличения, всей Луганщины. Его можно считать годом основания «Новой Голгофы». И, как мы уже понимаем, абсолютно не случайно Божественным промыслом этот день совпал с днем начала безумного советского богоборчества – днем октябрьской революции 7 ноября 1917 года.

Всепобеждающий Крест Христов вновь явным образом ознаменовал собой победу веры православной и Церкви Христовой над силами тьмы, напоминая слова Спасителя: «Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее» (Мф. 16; 18). Господь, подкрепляя нас и утверждая в вере, подтвердил богоугодность строительства и всей идеи комплекса по прославлению Его Страстей.

В 2011 году вдоль лестницы по обе её стороны выросли здания часовен по дням Страстной седмицы и храм Страстей Христовых. Каждая часовня имеет своё неповторимое архитектурное решение. У подножия Креста, напротив иконы Снятия с Креста Спасителя, раскинулся большой терновый куст. Он был предусмотрительно не выкорчеван при строительстве, поскольку именно к нему изначально и продумывалось направление восходящей лестницы от Свято-Введенского храма. Конечно, лестницу можно назвать и нисходящей от Креста, поскольку она по своей внутренней отделке выложена красной плиткой, что создает зрительное впечатление струящейся с Креста по горе Крови Христовой. Даже название села Красное стало восприниматься по-новому, напоминая теперь не столько о советском прошлом этих мест, сколько о крестных страданиях Христа.

Сердцем архитектурного комплекса, безусловно, является символический Гроб Господень. Как уже упоминалось, он расположен в нижнем ярусе двухуровневого храма Страстей Христовых, объединяющего в одном строении Великую Среду (верхняя часть храма) и Великую Субботу (нижняя часть). Гроб Господень – это своеобразная имитация пещеры, в которую было положено тело Спасителя, по снятию Его с креста. В полутора метрах от одной из стен выложена каменная тумба, имитирующая гробницу, двухметровая в длину и семидесятисантиметровая в ширину. Сверху она покрыта плитой из черного гранита, а по бокам будет выложена зеленым. Причем, вначале, зеленым гранитом планировалось обкладывать только три стороны. Однако, когда мастера напилили заказанные плиты, остаток гранита по размеру оказался, как четвертая сторона, и нам ее подарили с просьбой монастырских молитв.

На черной плите выбит образ Христа в полный рост. Изображение «снято» с плащаницы софринского производства. Нимб, а также кайма всей фигуры Спасителя покрыты сусальным золотом. На изготовление этого уникального образа ушло 8 месяцев.

«Господь нам дал возможность сделать это дело во славу Его, чтобы хоть как-то искупить грех противостояния Богу и выступления против царя наших предков, — не раз говорил в своих проповедях прихожанам о. Андрей. – И очень важно, что всё это построено на добровольные пожертвование прихожан, паломников и просто не равнодушных людей. За все годы стройки мы не привлекали ни одного мецената, ни у кого не выпрашивали денег. Именно поэтому, строительством архитектурного комплекса, прославляющего Страсти Христовы, я думаю, вся Луганщина искупит грехи своих прародителей-богоборцев и атеистов, тех же Пархоменков, Ворошиловых, Кировых… Покаяние нужно доказывать делами. Не одними только крестными ходами и молебными действиями, а именно делами. Ведь «что пользы,… если кто говорит, что он имеет веру, а дел не имеет? может ли эта вера спасти его?.. вера, если не имеет дел, мертва сама по себе» (Иак. 2; 14,17) Мы делами совершаем свои преступления и богоотступничества и потому только покаянием, подкрепленным делами во славу Божию, можем искупить свои грехи».

Итогом почти 20-летних усилий строителя и духовника нашей обители протоиерея Андрея Дубины стало Решение Священного Синода 25 апреля 2013 года об утверждении открытия в г. Луганске женского монастыря в честь святой царственной страстотерпицы великой княжны Ольги. Это радостное событие было омрачено началом гражданской войны на Украине в прошлом году. Как тут не вспомнить слова святителя Феофана Затворника: «за Господом, пронесшим Крест на Голгофу, нельзя идти без креста, и все, идущие за Ним, непременно идут с крестом. Что же такое этот крест? Всякого рода неудобства, тяготы и скорби, налегающие и извне и изнутри…»[9].

Наше монастырское подворье в с. Красное оказалось в непосредственной близости от вооруженных противостояний. Мы стали свидетелями многочисленных артиллерийских «дуэлей». Снаряды разрывались и возле храмов и возле хозяйственных построек. В ответ на это богослужения в Свято-Введенском храме, по благословению настоятеля, совершались ежедневно. В своих стенах краснянское подворье укрывало в то лето более 100 человек — беженцев. Ни один священнослужитель, ни одна сестра монастыря не покинули обитель во время военных действий 2014 года. И Господь сохранил Свою обитель. Никто не пострадал, все повреждения строений оказались не столь значительными. Весомую помощь оказали и многочисленные финансовые пожертвования, поступавшие к нам практически со всего мира. Причем, чем больше мы отдавали другим, еще более нуждающимся, тем больше к нам прибывало. Милостью Божией и, в том числе, вашими молитвами и помощью, когда затихли военные действия, мы, смогли не только полностью восстановиться, но и продолжить строительство архитектурного комплекса, начать отделочные работы. Воистину «Крест – глава нашего спасения; Крест – причина бесчисленных благ»[10], как сказал святитель Иоанн Златоуст.

Итогом прохождения испытаний, венцом многолетних исторических событий, описанных выше, и в то же время, началом новой исторической вехи монастыря, стали первые ежедневные взаимосвязанные богослужения в часовнях и храмах Луганской Голгофы на Страстную седмицу Великого Поста 2015 года.

Богослужение Великого Понедельника возглавил высокопреосвященнейший Митрофан, митрополит Луганский и Алчевский. Божественная служба Преждеосвященных Даров началась в Свято-Введенском храме, где за усердные труды во славу Святой Церкви архипастырь, на малом входе, удостоил высокой священнической награды строителя Свято-Ольгинской обители протоиерея Андрея Дубину — правом ношения второго креста с украшениями. Во время Великого входа Святые Дары торжественным шествием были перенесены в часовню Великого понедельника. Здесь прошла последующая часть Божественной Литургии.

В последующие дни Страстной седмицы богослужения совершались с постепенным восхождением к Кресту Господню и храму в честь Воскресения Христова с перенесением Святых Даров из одной часовни в другую по каждому из дней в честь которых они выстроены. Поскольку на Великий Вторник в этом году припал праздник Благовещения Пресвятой Богородицы, Святые Дары в часовню Великого Вторника были кратковременно занесены во время богослужения в Великую Среду. Каждый раз Дары переносились торжественным шествием во главе со священнослужителями в сопровождении клира и прихожан.

В Великую Пятницу особым образом совершался Перенос Плащаницы Спасителя в Гроб Господень. По окончании вечерни с пением тропарей священнослужители благоговейно вынесли её из часовни Великого Пятка и торжественным шествием подняли по лестнице к Кресту Господню. Приложив плащаницу к Кресту, шествие проследовало к иконе Снятия с креста Спасителя. Здесь плащаницу возложили у иконы и настоятель отслужил малое повечерие. Затем плащаницу торжественно перенесли в Гроб Господень, возложив её на гранитную плиту с ростовым изображением Спасителя, а позже во время богослужения – на специально подготовленное горнее место под иконой Воскресения Христова. По окончании службы прихожане имели возможность приложиться и к гранитной, и к переносной плащанице.

В Великую Субботу на Божественной Литургии свт. Василия Великого гробница с мраморной плащаницей послужила одновременно и жертвенником и престолом. Вечером этого же дня, накануне Светлого Христова Воскресения – Пасхи, плащаницу крестным ходом торжественно вынесли из Гроба Господня и с праздничным пением подняли по лестнице к храму Воскресения Христова. Здесь, после возложения плащаницы на престол, началось праздничное пасхальное богослужение. Ранним утром о его окончании возвестил праздничный колокольный звон. Его «подхватили» колокола Свято-Введенского храма, огласившие одновременно о начале второй утренней Пасхальной Божественной Литургии.

Так состоялось первое прославление Страстей Христовых взаимосвязанными ежедневными богослужениями Страстной Седмицы в храмах и часовнях архитектурного комплекса Луганского Свято-Ольгинского женского монастыря. Высокую оценку этим событиям дал Высокопреосвященнейший Митрофан, митрополит Луганский и Алчевский, отметив уникальность, как самого архитектурного комплекса, так и совершенных здесь богослужений не только для Луганщины, но и для всего православного мира.

Мысленно с восторгом и умилением охватывая все вышеописанные события, промыслительно сопровождаемые удивительными совпадениями и знамениями, явленными нам в истории Свято-Введенского храма и села Красное (Церковное), ставшие, в итоге, духовно-исторической основой ныне построенного монастырского архитектурного комплекса прославления Страстей Христовых, мне хотелось бы закончить свое выступление словами митрополита Сурожского Антония: «Слава Богу за Крест; слава Богу за смерть Христа, за Богооставленность Его; слава Богу за то, что смерть уже не конец, а только сон, успение… Слава Богу за то, что нет больше преград ни между людьми, ни между нами и Богом! Его Крестом, Его любовью, Его смертью, сошествием во ад и Воскресением и Вознесением, …и даром Святого Духа, Который живет и дышит в Церкви, все совершено – остается нам только принять то, что дано, и жить тем, что нам от Бога даровано! Аминь».

[1] Госархив Луганской обл. —  Ф-45, д.1, стр.231 (Клировая ведомость Введенской церкви села Церковное Славяносербского уезда 2-го благочиния за 1916 год)

[2] «На краю неба»: «Православие Луганщины» православная газета, официальное издание Луганской епархии, июль 2013 № 7 (26), стр. 8.

[3] Госархив Луганской обл. —  Р-693, д. 1209., стр.30

[4] Госархив Луганской обл. —  Р-693, д. 1209., стр.124

[5] Госархив Луганской обл. —  Р-693, д. 1209, стр.119

[6] Госархив Луганской обл. —  Р-693, д. 1209, стр.149

[7] Госархив Луганской обл. —  Р-2673, д. 2, стр.21

[8] Госархив Луганской обл. —  Р-2673, д. 23, стр.2

[9] Чтение на каждый день Великого поста. Издание Сретенского монастыря, Москва, 2002 – стр. 233

[10] Там же – стр. 229

Просмотры (85)